Учитывая постоянную угрозу, исходившую от Польши и Швеции на северо-западе России, московское правительство реконструировало к концу XV - началу XVI века систему обороны новгородско-псковских земель, сложившуюся еще до присоединения Новгорода и Пскова к Москве (1479, 1507 гг.). Узловыми пунктами этой обороны стали каменные крепости Ладога, Орехов, Копорье, Ям и Корелы (территория Великого Новгорода), а также Изборск и Остров (псковские земли). Крепости на этих землях были построены в XIII-XV веках, еще до появления огнестрельных осадных орудий. Их планировка подчинялась рельефу местности, повторяя конфигурацию участка, на котором они стояли. Эти крепости имели неправильную, часто скругленную форму, которая позволяла их защитникам избежать «мертвых точек» в непосредственной близости от крепостных стен. Боевые башни сосредоточивались на одной, «напольной» или приступной, стороне. Они увеличивали обороноспособность стен, не имевших перед собой естественных препятствий. Крепости того времени получили в архитектуре название «нерегулярных», в отличие от более поздних, геометрически правильных крепостей.

Когда в XV веке появилось огнестрельное оружие, способное пробивать крепостные стены и разрушать отдельные участки обороны, московское правительство перестроило северные цитадели. Эти новые крепости приобрели регулярный характер: расположение башен в пряслах крепостных стен уже не зависело от рельефа местности, башни были расставлены на одинаковом расстоянии друг от друга, соответствовавшем убойной силе пушечного ядра и пули, выпущенной из ручной пищали (150-200 метров). Следуя за развитием огнестрельного оружия, регулярные крепости имели прямые участки стен между сильно выдвинутыми вперед башнями, что позволяло вести фронтальный и фланговый огнестрельный огонь. Рассчитанные на круговую оборону, стены и башни имели несколько ярусов боя, с которых велась стрельба из пушек и ручного оружия. Проездные ворота часто укреплялись отводными стрельницами, заха�